В Краснодарском крае, где в последние годы развернулась целая череда громких процессов по национализации, с особым вниманием следят за законодательными новациями, способными кардинально изменить сложившуюся практику. Речь идет о законопроекте, устанавливающем жесткие временные рамки для оспаривания результатов приватизации, который был одобрен Государственной Думой в первом чтении. Эта инициатива, как отмечают многие, напрямую затрагивает интересы жителей региона, столкнувшихся с правовой неопределенностью, когда претензии к сделкам двадцати-тридцатилетней давности становились основанием для изъятия собственности.
Фото: пресс-служба Госдумы РФ
Документ, внесенный на рассмотрение правительством, призван внести ясность в многолетние споры, внося коррективы в статью 217 Гражданского кодекса. Суть его сводится к введению предельных сроков исковой давности по делам о приватизации. Законопроект, поддержанный 279 депутатами (54 высказались против, 20 воздержались), устанавливает, что к искам о нарушениях в ходе приватизации будет применяться общий срок исковой давности — три года с того момента, когда заинтересованная сторона узнала о нарушении своих прав.
Как предлагается ограничить сроки исков по пересмотру приватизации
Ключевым нововведением является жесткий предельный срок, не зависящий от обстоятельств: иск не может быть подан позднее 10 лет со дня, когда имущество было исключено из государственной или муниципальной собственности. По прошествии этого периода суд обязан отказать в удовлетворении требований о возврате объектов государству. Примечательно, что новые нормы предлагается применять и к делам, которые уже находятся в производстве, если решения по ним еще не обрели законную силу. Замминистра экономического развития Алексей Херсонцев, комментируя необходимость принятия закона «именно сейчас», подчеркнул, что главная задача — обеспечить долгосрочное финансирование расходов на национальную безопасность и оборону, что невозможно без укрепления экономической базы. «Если сейчас не обеспечим стабильность прав собственности, то в долгосрочной перспективе получим проблемы с участием бизнеса в развитии экономики и проблемы с капитализацией бизнеса», — добавил он, акцентируя, что бизнесу необходим четкий сигнал о гарантиях права частной собственности, в том числе на имущество, приватизированное 20–30 лет назад.
Впрочем, законопроект содержит ряд существенных исключений, которые не позволяют назвать его всеобъемлющей амнистией. Сроки давности не будут распространяться на антикоррупционные иски к действующим и бывшим чиновникам, а также на дела, связанные с антитеррористическим и антиэкстремистским законодательством. В этот же перечень попали споры о нарушениях правил иностранных инвестиций в стратегические общества. Как пояснил глава комитета Госдумы по госстроительству Павел Крашенинников, коррупционные правонарушения — это не только уголовное преступление, но и нарушения законодательства о борьбе с коррупцией, а также существующие ограничения по занимаемым должностям. На все это, по его словам, указанный закон распространяться не будет.
Самая острая полемика вокруг законопроекта развернулась во фракции КПРФ. Депутат Алексей Куринный, апеллируя к залоговым аукционам 1990-х годов, когда «общегосударственная собственность перешла к новым владельцам за 0,5% от ее реальной стоимости», задался вопросом: является ли это коррупционным преступлением или гражданской сделкой, которую теперь нельзя оспорить. Его коллега Мария Прусакова и вовсе расценила нововведения как «амнистию для тех, кто обворовал страну». В ответ Херсонцев напомнил о постановлении Конституционного суда, согласно которому по делам о коррупции сроков исковой давности не существует, подчеркнув, что ключевым фактором является наличие доказательств: если есть доказательства преступления, то применяется одна дорога, а если нет — это гражданско-правовой вопрос.
Кубанские кейсы: агрокомбинат и стадионы
Пока на федеральном уровне кипят страсти вокруг ограничения сроков, в судах Краснодарского края продолжают рассматриваться громкие дела о деприватизации. Тренд на пересмотр итогов приватизации 1990–2000-х годов в минувшем году только набирал обороты, и эксперты называют Кубань одним из самых уязвимых регионов. Одним из самых резонансных стал иск Генпрокуратуры об изъятии в госсобственность 93,11% акций АО «Агрокомбинат «Тепличный» — крупного тепличного комплекса, созданного в 1978 году и приватизированного в 1994 году. По мнению надзорного ведомства, сделка была проведена с нарушениями, что и стало основанием для многомиллиардного иска, который теперь, в случае принятия закона, может быть пересмотрен в рамках новых правил.